Мифы о семье

20 Февраль 2014 →

Казалось бы, очень полезный и приятный семейный лозунг. "Мы — члены одной большой семьи, все мы любим и поддерживаем друг друга", — говорят носители этой "семейной легенды. Но есть здесь и подводные камни: члены "дружной" семьи не имеют права обижаться на родственников. Любая зависть между сестрами, ссоры между супругами, несогласие детей и родителей словно не имеют права на существование. "Как ты можешь говорить о ней плохо, ведь она твоя сестра?!", — ужасается мама или бабушка. И обиженная девочка уже не может рассказать, что "любимая сестричка" наговорила ей гадостей или отняла игрушку.

Так дети с юного возраста учатся подавлять негативные эмоции, что впоследствии может привести к серьезным психологическим проблемам. За совершенно нормальные чувства: гнев, обиду, несогласие с мнением кого-то из родственников — человек будет чувствовать себя виноватым. "Дружная семья" не признает таких прав.

Этот семейный миф нередко формируется под неблагоприятных исторических событий: войн, репрессий, авторитарных режимов. Миф о "дружной семье" распространен и в семьях эмигрантов. Ведь когда окружающие люди настроены враждебно или просто равнодушно, страна — чужая, а язык — непонятный, невероятно возрастает ценность родственных связей и поддержки. Да и дружить больше особо не с кем…

Психолог Анна Варга рассказывает о работе итальянских семейных психотерапевтов, которые одними из первых описали данный миф. К ним обратились выходцы из клана итальянских фермеров, переселившегося в город. 14-летняя девушка из их семьи заболела нервной анорексией, отказывалась от еды. Девочка была очень красивой, родственники даже прозвали ее "наша красавица". В ходе работы терапевты выяснили, что в этой семье были очень крепки установки на "всеобщую любовь и дружбу". Постепенно психологи "докопались" до сути проблемы: у заболевшей девочки была кузина, общение с которой родственники всячески поощряли. "Вы же сестры, пойдите поиграйте вместе, сходите погулять", — говорили девочкам старшие. Между тем, кузина (возможно, завидуя красоте героини или просто невзлюбив ее) наедине высмеивала и обижала девочку. Из-за главенствующего в их клане принципа "Мы — очень дружная семья" та не имела никакой возможности пожаловаться старшим родственникам или отказаться проводить время с сестрой. Более того, поскольку с детства героиню этой истории приучили, что в семье "все желают ей добра", а поступки родственников могут быть продиктованы исключительно любовью, девочка стала ощущать себя виноватой за свою неприязнь к сестре. Ее отказ от пищи стал как бы самонаказанием, а такие "неправильные, злые чувства" и невозможность полюбить кузину.

"Мы — люди образованные"

Бесспорно, не самый плохой миф, который нацеливает всех членов семьи на получение престижного высшего образования, а еще лучше — ученой степени. Выходцы из таких семей непременно стремятся защитить докторскую или хотя бы кандидатскую диссертацию, вне зависимости от того, собираются ли они в будущем заниматься наукой и нужна ли им ученая степень.

Понятное дело, что всяческие "несерьезные" увлечения вроде спорта, танцев или популярной музыки в такой семье скорее всего поощряться не будут, а неуспехи в учебе вообще могут приводить старших членов семьи в шок: ведь получается, что их собственный ребенок не соответствует их же представлениям о достойном человеке! В свою очередь, ребенок, который вдруг "не тянет" какой-то школьный предмет, (а то и вовсе имеет склонность к ручному труду или спорту) под гнетом такой семейной легенды может почувствовать себя глупым и неспособным, и даже "не заслуживающим право" называться членом данной семьи (а следовательно — отвергнутым, нелюбимым…).

Семья героев

"Мы — герои" — этот семейный миф, кстати, очень распространен в наше стране, пережившей нелегкие времена репрессий и войн, да и вообще отличающейся нестабильной социально-политической обстановкой.

Семья героев ведет нешуточную борьбу — или с внешними врагами, или с непреодолимыми препятствиями на жизненном пути (а препятствия у героев именно такие — непреодолимые, ведь иначе бороться с ними "не почетно"), а то и со всем этим враждебным миром в целом.

Обычно герои — люди упорные и стойкие, но их проблемы почему-то не заканчиваются. Герой склонен находить трудности даже в самых стабильных ситуациях, обладая, казалось бы, всем возможностями, необходимыми для достижения комфорта и благополучия. Но комфорт — это неприемлемый для героя стиль жизни, он привык существовать в обстановке крайнего напряжения, буквально на пределе.

Если дела идут хорошо и спокойно, на его пути непременно появится негодяй-начальник, непреодолимые финансовые трудности, непонимание близких или любая другая трагедия. Причем в отличие от остальных людей герой будет воспринимать это именно как трагедию, а ни в коем случае не как проблему или временную трудность, — и станет все глубже погружаться в отчаяние. Вывести его из этого состояния способен только подвиг. Герой спасет всех и всем поможет, в последнюю очередь подумав о своих интересах (ведь герои благородны!).Когда все наладится, он ощутит кратковременное удовлетворение, а затем снова ринется в бой…

Именно в "героических" кланах рассказываются семейные легенду о "безумной" любви, "невыносимой" ревности и "обидах на всю жизнь" — ведь у героя все чувства с размахом. Поссорившись, члены такой семьи могут не разговаривать годами.

Подвид данного мифа — "Спасатель". Все "героические" функции принимает на себя один член семьи. Он — ангел, благодетель и спасатель, "вытаскивающий" остальных из пучины. Этот стереотип распространен в семьях алкоголиков, наркоманов или игроманов, где "спасателем" чаще всего становится жена или кто-то из детей. Зависимый пьет или принимает наркотики — а "спасатель" раз за разом терпит, страдает, вытаскивает того из неприятностей и водит по врачам…

Это явно деструктивное распределение ролей, тем не менее, очень устойчиво. Почему? Да потому, что все участники сценария получают свою скрытую выгоду. "Спасаемые", в очередной раз приняв наркотик или напившись, таким нездоровым путем гарантировано получают заботу и внимание. А то колоссальное чувство вины, в которое загоняет их "безгрешный" спасатель, позволяет им раз за разом повторять свои срывы, ничего не делая для собственного выздоровления — что избавляет их от реальных трудностей. Ведь пожелай они вылечиться, им пришлось бы столкнуться с клиниками, малоприятными медицинскими процедурами, похмельем и ломкой!…

Ну, а "герой-спасатель" в свою очередь получает иллюзию всемогущества, вечной любви и одобрения близких — ведь куда они, пропащие, без него! На самом деле, подсознательно спасатель не так уж хочет их выздоровления. Ведь кого он тогда будет спасать?… Те же механизмы действуют в семьях, где кто-то страдает игроманией (регулярно проигрывает большие суммы в казино, на игровых автоматах, в карты и т. п.) или, к примеру, просто любит неконтролируемо транжирить деньги.

"Мы — люди маленькие, нам много не надо"

Истоки этого мифа могут корениться в историческом прошлом страны с авторитарным режимом, где любая "инакость" означала политическую неблагонадежность — а значит, угрозу для жизни, или из личного прошлого семьи, где человек, который мечтал добиться большего, претендовал на большую должность и т. п. потерпел неудачу, а возможно, и встретил смерть. Скажем, прадедушка решил основать фабрику, но прогорел и оставил семью без средств к существованию. Или кто-то из предков в такой семье хотел занять высокий политический пост, но вступил в конфликт с "сильными мира сего" и был казнен или сослан.

Супруги и дети этих семейных "персонажей" могут невольно передать потомкам идею о том, что хотеть большего, далеко стремиться — опасно. Так что, если ваша бабушка часто повторяла "Мы — люди простые", а вы, к примеру, обнаруживаете в себе страх перед продвижением по службе или боитесь просить повышения зарплаты, и вообще привыкли вести себя более чем скромно — возможно, это ваш случай. Впору задуматься: а насколько актуален этот принцип сейчас, и действительно ли у вас так много шансов повторить трагичную судьбу прадедушки?

Структура семейных ролей предписывает членам семьи, что, как, когда и в какой последовательности они должны делать, вступая друг с другом в отношения (Minuchin S., 1974). Кроме актуального поведения в понятие «роль» включаются также желания, цели, убеждения, чувства, социальные установки, ценности и действия, которые ожидаются или приписываются человеку.

      Ролевая теория, рассматриваемая в литературе по психоанализу и групповым динамикам, чрезвычайно важна для изучения семей. Считается, что распределение ролей необходимо для того, чтобы привнести размеренность в сложную социальную ситуацию. Согласно ролевому анализу, множественные ролевые и множественные групповые принадлежности есть ключ к пониманию индивидуальных мотивов. Мы часто описываем членов семьи с точки зрения единственной роли (жена или муж), а нам следует помнить еще и о том, что жена может быть матерью, другом, дочерью и профессионалом. Важны даже те роли, которые сегодня не исполняются, но возможны. Мать-одиночка — потенциальный друг и любовница. Ее пренебрежение этими ролями может испортить ей жизнь и заставить ее опекать детей. Когда члены несчастливых семей застревают в нескольких жестко закрепленных ролях, они развивают интерперсональный артрит — болезнь, которая приводит к семейной ригидности и атрофии неиспользованной жизни.

          В то время как ограничение ролей уменьшает возможности групповой (и семейной) жизни, члены группы, которым приходится выполнять слишком много ролей, являются субъектами перегрузки и конфликтующих чувств (Sherif, 1948). Например, среди потенциальных ролей в семье имеются родитель, домработница, кормилец, повар и шофер. Эти роли могут распределяться: один партнер — кормилец, другой — готовит и убирает, или выполняться совместно — оба работают на стороне и берут на себя ту или иную работу по дому. Но один из партнеров может угодить в ролевой конфликт: это когда она вынуждена выбирать, оставаться ли ей на затянувшемся служебном собрании или ехать домой готовить ужин и везти детей на футбольную тренировку, потому что пусть даже у нее есть партнер, но он не выполняет указанных ролей.

          В большинстве групп существует тенденция к стереотипизации ролей, и поэтому за членами группы закрепляются характерные поведенческие паттерны. Вирджиния Сатир в своей книге «Вы и ваша семья» (Satir, 1972) описала такие семейные роли, как «миротворец» или «обвинитель». Вы можете осознать, что играли довольно предсказуемую роль взрослеющего в своей семье. А может быть, вы были «услужливым ребенком», «совсем одиноким», «комиком», «адвокатом», «бунтарем» или «удачливым малым». Весь ужас в том, что, раз усвоив некоторые роли, очень тяжело от них отойти потом. Покорно делая, что говорят, и терпеливо ожидая одобрения, вы можете стать «услужливым ребенком», но это не срабатывает в профессиональном росте, где требуется более напористое поведение.

         Влияние данного фактора проявляется во всех жизненных сферах: трудовой, налаживании отношений и т.д.


See also:
Для студента
Похожие записи

Комментарии закрыты.